Category: еда

Category was added automatically. Read all entries about "еда".

Дзюко и тя-но ю

Основными источниками, дающими представление о понимании Дзюко смысла чайной церемонии (тя-но ю), являются так называемые «послания-наставления» (яп. дэнсё), в которых излагается суть практиковавшегося им чайного ритуала.



Collapse )

Вопросы сакральности и сохранности в материальной культуре тя-но-ю XVI-XVII вв. Часть VII

Наивысшей точкой развития керамики для чайной церемонии в эпоху Момояма считается стиль Орибэ, изобретение которого традиция приписывает одному из учеников Рикю, Фурута Орибэ. Это первый «авторский» стиль керамики для чайной церемонии. В отличие от учителя, Орибэ поддерживал аристократические традиции коллекционирования старинных вещей, но не использовал эти вещи такими, какими они были изначально, а менял их согласно своему вкусу.



Collapse )

Вопросы сакральности и сохранности в материальной культуре тя-но-ю XVI-XVII вв. Часть VI

Стиль Черный Раку получил высокую оценку последователей чайной церемонии после 1586 г., когда, как мы уже упоминали выше, в Нара прошла чайная церемония с использованием японской керамики.

Черный Раку отчасти близок Черному Сэто благодаря сплошному покрытию чаш черной глазурью (технология изготовления глазури и в том и в другом стиле одинакова). Для произведений, выдержанных в стиле Сино или Орибэ, покрытие глазурью будет не сплошным, а частичным. Сплошное покрытие глазурью вещей Черного Сэто и Черного Раку – последнее сохранившееся свидетельство влияния китайских и корейских мастеров на японских керамистов.



Collapse )

Вопросы сакральности и сохранности в материальной культуре тя-но-ю XVI-XVII вв. Часть V

Японская керамика для чайной церемонии развивалась в направлении от спокойных, гармоничных, достаточно симметричных форм, которые еще могли напоминать произведения китайских или корейских мастеров, к подчеркнутой экспрессии и своеобразию, даже гротеску, которые в конце XVI в. высоко ценились мастерами тя-но-ю Сэн-но Рикю, Кобори Энсю, Фурута Орибэ.


Премиум Хикидаси Сэто-Гуро пиала выдающегося Сэкикадзу Мидзуно (1936-), ~ 120 мл. Подпись мастера стоит на дне пиалы. Поставляется в оригинальном подписанном томобако.

Collapse )

Вопросы сакральности и сохранности в материальной культуре тя-но-ю XVI-XVII вв. Часть IV

Кстати, Сэн-но Рикю вовсе не считал, что особенности ваби или саби свойственны исключительно старинным вещам, «освященным временем». Последователи чайной церемонии любят вспоминать такую легенду. Как-то раз Рикю был зван во дворец Тоётоми Хидэёси, Дзюракудай, где были выставлены сосуды, недавно привезенные с континента. Рикю некоторое время ходил по залам, слушая комментарии окружающих придворных знатоков чайной церемонии: «Ах, это вещь старинная, и, очевидно, имеет большую ценность», или «О, это вещь совсем новая. Похоже, она ничего не стоит!». В конце концов Рикю не выдержал:



Collapse )

Вопросы сакральности и сохранности в материальной культуре тя-но-ю XVI-XVII вв. Часть III

Во второй половине XV в., во времена сёгуна Ёсимаса и Мурата Дзюко, последователи чайной церемонии еще сохраняли старые представления о ценности художественной утвари – представления, унаследованные от знаменитых добосю (профессиональных знатоков и ценителей искусства начала XV в.). Как и в случае с дайсу, наиболее «достойными» и «уважаемыми» считались привозные, китайские и корейские вещи. Ни мастера чайной церемонии, ни их ученики не могли помыслить проведение чаепития с использованием предметов японского производства, – подобный поступок расценили бы как «профанацию». Ситуация начинает меняться во второй половине XVI в., в эпоху Такэно Дзё-О и Сэн-но Рикю. В предисловии к каталогу выставки «Блестящее развитие керамического искусства эпохи Момояма», проведенной в 2000 г. в Государственном токийском музее, устроители выставки сообщают, что в десятом месяце четырнадцатого года правления Тэнсё (1586) в Нара была проведена чайная церемония, на которой использовалась чуть ли не впервые в истории тя-но-ю японская чаша стиля Раку, формы Соэки. А создал ее мастер Тёдзиро (Танака Нагасукэ, 1516–1589), под руководством самого Сэн-но Рикю. Устроители выставки предполагают, что этот прецедент послужил началом широкого использования утвари японского производства в тя-но-ю. Это произошло спустя сто лет после того как Мурата Дзюко устраивал чаепития для сёгуна Ёсимаса на вилле Хигасияма.



Collapse )

Вопросы сакральности и сохранности в материальной культуре тя-но-ю XVI-XVII вв. Часть II

Впрочем, чайные состязания, как и встречи с угадыванием сортов благовоний, не являются специфически японским обычаем. Аналогичные встречи существовали и в Китае эпохи Сун, причем пользовались невероятной популярностью (именно в то время в Китае появились первые буддийские монахи из Японии, искавшие обновления вероучения, как Ёсай). Как и в Японии, участие в подобном состязании предполагало знание оттенков цвета и вкуса разных сортов чая и способность отгадать тот или иной редкий сорт среди множества заваренных напитков. Знатные китайцы вкладывали значительные средства в приобретение редких разновидностей чая (так появлялись уникальные чайные коллекции). Так что японская чайная церемония второй половины XV в. могла унаследовать не только традиции чайных встреч эпохи Хэйан, но и более современные традиции континентальных чайных праздников.



Collapse )

Вопросы сакральности и сохранности в материальной культуре тя-но-ю XVI-XVII вв. Часть I

Однажды мастер чайной церемонии Сэн-но Рикю собрал в саду родзи перед чайным павильоном своих учеников, чтобы проверить, насколько они способны оценить качество чаш для тя-но-ю. Сэн-но Рикю поставил перед учениками двенадцать чаш и велел каждому указать самую прекрасную. Мнения разделились: одни отмечали чашу с изысканным абстрактным пейзажем, который художник процарапал в темной глазури легкими движениями; другие выделяли чашу, которая особенно приятно ложилась «в руку», позволяя прочувствовать тепло чая; третьи восхищались чашей, стиль которой был навеян искусством корейских керамистов Кюсю. Лишь одна осталась незамеченной – чаша в стиле Черный Раку, слишком приземистая, да и форма ее казалась «скомканной», словно керамист и сам был недоволен своим произведением, смял глину в руках и хотел выбросить, но потом передумал и все-таки поставил в печь на обжиг. А что уж говорить о глазури, с потеками, с «пузырями» и с «ямками». Одним словом, никуда не годная чаша – так решили ученики Сэн-но Рикю.



Collapse )

Образы Японии в музейной экспозиции: космос поэзии и ритуала. Часть IV

Еще одна тема, отражающая космос японского миросозерцания, — это чайная церемония. Керамика, выставленная сегодня на постоянной экспозиции Государственного Эрмитажа, или коллекции, хранящиеся в фондах и время от времени появляющиеся на временных выставках, лишь молчаливо повествуют о своей особенной роли в чайной церемонии, отразившей эстетические и философские принципы японского сознания.




Collapse )